куртку мальчишке. Мальчишка шел и в такт его подпрыгивающей походке задорно колыхался банановый хвостик на его куртке. Он ничего не подозревает, идет себе, а хвостик из стороны в сторону: бэмс-бэмс, бэмс-бэмс. Эта картина очень развеселила малыша, которого мама везла в коляске вослед “банановому” пацану. Ребенок радостно задрыгал ручками и ножками, издал ликующий звук.
И началось веселье.
Вот дама в длинной дорогой шубе, сзади на ней бумажка из-под мороженого, только что дамой выкушанного. А вот обертка от шоколадного батончика, небрежно брошенная хорошенькой девочкой, перекочевала на спинку её пуховичка. А тут дяденька идет, и аж целая коробка от сигарет прилипла к его штанине, а он безуспешно пытается отлягнуть её ногой.
Кузя вошел в азарт. Невидимый и неутомимый шнырял он между людьми и вдохновенно пакостил.
– А пущай мусорницей пользуются! – ворчал Кузя, словно он здесь дворник на жаловании.
Вскоре прохожие стали замечать: что-то не так, что-то необычное происходит этим серым, промозглым деньком. На остановке, где горожане вынужденно прерывают свой бег в ожидании автобуса, стали замечать друг на друге всякий мусор и пытаться оторвать его от одежды.
– Ой, девушка, на вас бумажка! Дайте-ка, я Вам помогу. Ой, не отрывается! Да что ж это такое!
– Мужчина, я к Вам обращаюсь, на вас банка из-под пива висит. А как она интересно держится?
– Вы себя со спины не видели. У вас там целый мусорный бачок!
Люди пытались оказать друг другу помощь, но их усилия ни к чему не приводили. Любопытное явление привлекало все больше народу, любопытство потихоньку перерастало в панику. Кто-то первым произнес слово “полтергейст1 ”, и оно тревожно запорхало над толпой.
К остановке целеустремленно приближался милиционер...

* * *
Запыхавшийся Кузя подбежал к Мерзлотке.
– Бежим, ещё заарестуют! Давай песика и дуй во весь дух! – заторопился домой Кузьма (милиционеров он боялся ужасно).
Выхватив из рук Мерзлотки щенка, он резво помчался домой. Со стороны это выглядело так: бежит, неуклюже топая, толстая девчонка, а рядом по воздуху в принужденной позе проплывает беспечный щенок, которого невидимое существо несло, небрежно обхватив поперек пуза.

Глава 13. ДОЛГИЙ ЗИМНИЙ ВЕЧЕР

Дни пролетали незаметно. Вот и зима наступила. Мерзлотка так долго её ждала.
Вечер. За окном незлая, немного ленивая вьюжка: задует, завоет в трубе – тишина. Опять задует, заторопит, погонит прохожих по домам – и снова тихо.
Два друга – мороз, да вьюга.
В домике жарко натоплена печка. Все ставни закрыты. Кажется, что внешнего мира и нет вообще, а

1 Полтергейст – паранормальное явление, при котором непонятно кто делает непонятно что.

внутри тепло и уютно, как в пещерке. Красный вытертый ковер на полу, лампа под оранжевым абажуром с желтыми кисточками. По углам жмутся тени, ярко освещен только круг под абажуром. Под ним, уютно подвернув ноги по-турецки, сидят Мерзлотка и Кузя, режутся в шашки. Тут же щенок, распластавшись на полу, мирно сосет хозяйский носок. Кузя с честным и невинным лицом тырит чужую шашку с доски, пряча её себе в рукав. Мерзлотка, чья прямая и честная натура возмущена наглым жульничеством, молча, без упреков и обвинений хватает его за ноги, переворачивает и встряхивает.
– Ой, ой, мамоньки мои! Да как ты... Да я ж пожилое... существо! Маманя!
Из многочисленных кармашков и закромов домового на ковер валится всякий хлам: карамельки, бумажки, луковица, корень петрушки, камешки, кусочек свечки, моток веревки, ржавое колечко на ниточке и, наконец, шашка.
Уличенный Кузя, вытирая красную, вспотевшую лысину клетчатым платком сердито выговаривает Мерзлотке:
– Дикая ты, девка, право слово, дикая. Не даром тебя в этой, как её, вечной мерзлоте нашли. Никакой цивилизации в твоем поведении нету. Конечно, с домовым можно и не церемониться, можно и не по-людски. Не буду с тобой играть, – домовой насупился и отвернулся.
– Мёрзлая, ты слыхала выражение такое: “показать кому-то кузькину мать”? – не унимался домовой. – А ты задумывалась, кто это такая, “кузькина мать”? Так вот, это, – тут Кузя самодовольно выпятил грудь, – это же моя маманя! Будешь драться – покажу тебе “кузькину мать”.
Домовой с оскорбленным видом прошествовал к сундуку и пропал в нем, оставив Мерзлотку наедине со своей совестью.
Бублик, отступившись от хозяйского носка, с интересом обнюхал содержимое Кузиных карманов в рассуждении: чего бы такого погрызть. У него нестерпимо чесались десна, и он с остервенением грыз всё, что в принципе можно укусить. Вот и сейчас он притворно рычал на Мерзлотку, с аппетитом поглядывая на её голые ноги.
Мерзлотка обычно искала спасения от Бублика на спинке дивана. Она с разбегу перемахнула журнальный столик, на котором стояли шахматы. В погоне за девочкой щенок взлетел на низкий столик, проскользил всеми четырьмя лапами по полированной поверхности, смёл собой доску и шлепнулся с другой стороны стола.
Шахматы брызнули во все стороны. Мерзлотка торопливо принялась собирать фигурки, то и дело выхватывая их из песьей пасти. Одной шахматы она так и не доискалась – куда-то закатился черный король. Бублик, насколько смог, просунул свой нос в узкую щель под диваном и заливисто лаял. Мерзлотке очень хотелось дать хорошего пинка по этой оттопыренной рыжей гузке с веселой вихлюшкой на кончике хвоста. Вместо этого она тоже опустилась на пол, пытаясь отыскать в пыльном “поддиванье” черную фигурку.
– Эй, ребята, вы что там делаете?
Лохматое торнадо кинулось к ногам дяди Сережи. Как же так! Бублик заигрался и пропустил приход Хозяина! У кого когда-либо была собака, тот знает, что такое встреча после долгого дня разлуки. Щенок так юлил хвостом, так лип к дяде Сереже, что, казалось,