<<  

Сергей ДОЛГУШЕВ

 

БЕССОННИЦА

 

ПОЛНОЛУНИЕ

Мне сразу очень не понравилось,
Как, отражаясь от стекла,
В мое окно луна уставилась,
Ишь, сука, зеркало нашла.
Прильнула к раме желтой рожею,
Глядит в упор, мешая сну,
Собачьи стаи растревожили,
Прогнали воем тишину;
В согласьи с лунными законами,
Через желтеющий туман,
Замаскированный погонами,
Носился оборотней клан.
В дурдоме доктора зарезали,
И фельдшер, волю дав рукам,
Колол безжалостно магнезию
Неугомонным дуракам;
На колокольне поп сутулился,
На небеса разинув рот,
И, суетясь, по бледным улицам
Спешил испуганный народ
За баррикады стен замызганных,
Как будто прячась от врагов;
Прилив бросался злыми брызгами
На спины сонных берегов;
К утру утихли страсти лунные,
С рассветом кончился разброд,
Проснулись умными безумные,
И успокоился народ.

 

ЗАВИСТЬ

Кто ближнему готов помочь делами?
Кто ныне к всепрощению готов?
Ведет по жизни мерзкими руками
Нас мстительная Зависть – мать грехов.
Когда-то эта гнусная особа,
Чтоб всяк из нас был зверем меж зверей,
Назвать решила Жадностью и Злобой
Своих, в грехе зачатых, дочерей.
Когда, согласно ветхого преданья,
Людские дни закончились в раю,
Они и родились в момент изгнанья,
И деятельность начали свою,
Сумев за краткий срок опутать адом
Весь шар земной, да так, что только Бог,
Стеная и скорбя о грешных чадах,
Залив весь мир водой, распутать смог.
Но не спасла студеная водица:
Не выжил зверь, не выжил человек,
Погибло все, лишь эти две сестрицы
Спаслись, пробравшись к Ною на ковчег.
Обсохнув, Злоба начала сначала:
– Ты беден? – у богатого возьми, –
А Жадность шепчет в ухо: – Мало, мало –
...Не будет примиренья меж людьми.

 

 

 

Напрасно Моисей вбивал в скрижали
Господние слова про смертный грех.
Для всех писалось, да не все читали...
Не вечны камни, не дошли до всех.

 

БЕССОННИЦА

А я опять не сплю, не потому,
Что не хочу, что на душе тревожно,
Что прошлое копнул неосторожно,
Что дождик барабанит по окну.
Ложусь в постель и знаю, что моя
Бессонница, заклятая подружка,
Уже кольцом свернулась на подушке,
Ехидная и злая, как змея.
Я с ней давным-давно веду борьбу,
То матерю и укоряю строго,
То умоляю: дай поспать немного.
Она смеется: выспишься в гробу.
Снотворное давал – не помогло,
И я ее, поставив вне закона,
Хотел убить стаканом самогона –
У самого чуть крышу не снесло.
На эти пытки столько лет подряд
Я кем-то обречен, за что не знаю,
А в роли палача подружка злая,
В сравненьи с ней пацан маркиз де Сад.
Пусть дикий зверь – я зверя пристрелю,
Пусть ураган – укроюсь в подземелье,
Но от нее нет никакого зелья.
Уснув, я вижу сон, что я не сплю.

 

ДЕВОЧКА

Весна. В коротком платьице из дома
Спешит куда-то девочка с утра,
Прелестна и, как будто, невесома
Под взглядами притихшего двора,
Как ветерок, она порхает мимо
И дерзкие, обычно, пацаны,
Немного повзрослевшие за зиму,
Движеньем стройных ножек сражены.
Зеленые глаза под светлой челкой,
Припухлость детских губ, румянец щек;
На первый взгляд обычная девчонка,
Ничем не огорченная еще.
Она сама пока понять не может,
Что не весна, не девичьи мечты,
А голову ей кружит и тревожит
Предчувствие грядущей красоты.

г. Магадан

 

 

>>

 

 

оглавление

 

"ДЕНЬ и НОЧЬ" Литературный журнал для семейного чтения (c) N 3-4 2006г.