ПАМЯТИ МОБИ ДИКА

Старый перечник, новый Ахав,
Капитан китобойной калоши,
Носогрейку зубами зажав,
Сжав за пазухой «Белую лошадь»,
Непонятным позывом влеком,
Поспешает за белым китом.
Вот перпетуум моби волны -
Дикий спор чернеца с альбиносом.
Ночи долги, да дни сочтены,
И корабль устремляется носом
Вкругоземь за мелькнувшим хвостом,
Но потом наступает «потом»:
Контр-Иона и анти-Иов,
Волк морской, непозорный, матёрый,
Небывалый взалкавший улов,
На свой лад попрощался с Матёрой
И материей, хлюпая ртом,
В никуда отправляем китом.

Прочтено и поставлено в док.
Страшных пращуров праведный правнук,
Ты права - я действительно смог
Исполнять, как молитву, исправно
И семью, и работу, и дом.
Но скажи - что МНЕ делать с китом?

* * *

Звезды сходят с насиженных мест,
Покидают привычный контекст,
Остаются вообще без контекста.
Лик луны, по-плебейски холщов,
Светит лысиной, аки Хрущов
Над трибуной вселенского съезда.

Многошумный ботинок, постой!
Дольний мир накрывает звездой,
Лучевой, безалаберной, млечной.
Темноту рассекает мечом,
Расправляет крылом за плечом:
Вот какой ты, мой мастер заплечный.

На все руки, от пальцев до плеч
Мастер Слова, что больше, чем речь,
Что ты вложишь мне, гений юродства,
Стратегически важным местам -
Гениталиям, дланям, устам
Придавая фамильное сходство?

Что ты вырвешь мне - ушлый язык,
Пресловутый адамов кадык,
Зубы мудрости, глупые вежды?
Не сожжет никого звукоряд,
Если даже генсек шароват,
И на звезды немного надежды:

Этот сброд без особых примет
Разбегается, сходит на нет,
Лишь - гляди! - на манер паровоза
Распускает прожектор заря,
Крутонрава середь декабря,
Розова, деловита, тверёза...

ТВОРЧЕСТВО

Это вряд ли поэзия,
Да и я не поэт,
И не с привкусом лезвия
Лебеда на обед,
Не как лопнули струны, как
Погибает прибой,
Никакая не музыка,
И не шум никакой,
Не волшебное варево,
И не глас с высоты,
Это даже не палево
Типа: опа, менты,
Никакое не таинство,
Не прорыв стороной,
И не хрупкое равенство
Меж собой и собой -
Это разве лишь признаки:
Кровьлюбовь, ночьлуна.
Остается трюизмами
На манер каплуна
Кукарекать в претензии
На какую-то соль.
Это вряд ли поэзия.
Это, максимум, роль.

СВАДЕБНЫЙ СОНЕТ

Мы проживем сполна на белом свете,
Пока не сгинем в черной темноте.
За нас, возможно, довоюют дети,
И те, которых вырастим, и те,
Которые я вывел на листе,
Которые ты спела на кассете,
Они за нас останутся в ответе,
Когда вопрос повиснет в пустоте.

А если будет все не так-ну что ж,
Я напишу тебе, а ты споешь,
Когда однажды нам придет труба
Архангела и примется лабать,
И мы с тобой окажемся в кольце:
Вначале слово, музыка в конце...

* * *

Мне стало трудно выходить из комы.
Я просыпаюсь в анфиладе комнат,
Которые – одна в одной, одна
В одной – очередная форма сна:

Мне стало трудно выпадать из формы.
И луч летит на приступ глаукомы,
Похожий на укол веретена,
И тонет в глубине глазного дна.

Спиной к несуществующей стене
Лежу на бесконечной простыне,
Кривую ног и ломаную рук
Под одеялом замыкая в круг,
В котором сон за сном, и без конца
Течет слеза по зареву лица.

г.Кемерово